Цитаты, высказывания, афоризмы

Виктор Олегович Пелевин

Цитаты, высказывания, афоризмы

Человеческий ум — это или микроскоп, в который человек рассматривает пол своей камеры, или телескоп, в который он глядит на звездное небо за окном. Но самого себя в правильной перспективе он не видит.

Человеческое любовное влечение — крайне нестойкое чувство. Его может убить глупая фраза, дурной запах, неверно наложенный макияж, случайная судорога кишечника, что угодно. Причем произойти это может мгновенно, и ни у кого из людей нет над этим власти. Больше того, как и во всем человеческом, в этом влечении скрыт бездонный абсурд, трагикомическая пропасть, которую ум преодолевает с такой легкостью лишь потому, что не знает о ее существовании.

Чем выше учение, тем меньше слов, на которые оно опирается. Слова подобны якорям — кажется, что они позволяют надежно укрепиться в истине, но на самом деле они лишь держат ум в плену.

Чем человек хитрее и бессовестнее, тем легче ему живется. А легче ему живется именно потому, что он быстрее приспосабливается к переменам. Существует такой уровень бессовестной хитрости на котором человек предугадывает перемены еще до того, как они произошли, и благодаря этому приспосабливается к ним значительно быстрее всех прочих. Больше того, самые изощренные подлецы приспосабливаются к ним еще до того, как эти перемены происходят. И все перемены в мире происходят исключительно благодаря этой группе наиболее изощренных подлецов. Потому что на самом деле они вовсе не предугадывают будущее, а формируют его, переползая туда, откуда, по их мнению, будет дуть ветер. После этого ветру не остается ничего другого, кроме как действительно подуть из этого места.

Что касается вопроса — по какому пути пойдет Россия, то непонятно, как и куда символическое понятие может пойти по абстрактному.

Что такое, в сущности, русский коммунизм? Шел бухой человек по заснеженному двору к выгребной яме, засмотрелся на блеск лампадки в оконной наледи, поднял голову, увидел черную пустыню неба с острыми точками звезд — и вдруг до такой боли, до такой тоски рвануло его к этим огням прямо с ежедневной ссаной тропинки, что почти долетел. Хорошо, разбудил волчий вой — а то, наверное, так и замерз бы мордой в блевоте. А как проснулся, оказалось, что дом сгорел, ноги изрезаны о стекло, а грудь пробита аккуратными европейскими пулями…

Что это такое — постмодернизм? Это когда ты делаешь куклу куклы. И сам при этом кукла.

Чтобы спасти тонущего, недостаточно протянуть руку — надо, чтобы он в ответ подал свою.

Шекспировед Шитман… выяснил, что shit по-английски — дерьмо. Представляете?.. Шекспировед Шитман — все равно что пушкинист Говнищер. Трудно служить прекрасному с таким орденом в петлице.

Экономика, основанная на посредничестве, порождает культуру, предпочитающую перепродавать созданные другими образы вместо того, чтобы создавать новые.

Экономическую подоплеку советской катастрофы я уже начал понимать: страна, посылавшая двух офицеров в штатском туда, где в нормальных обществах обходятся пособием по безработице, не могла кончиться иначе.

Это были наши гламурные боги, вампиры моего возраста или немного старше — так называемая красная молодежь, главной обязанностью которой было красиво прожигать жизнь между ритуальными приемами баблоса… Их работа, впрочем, была ничуть не проще моей, поскольку никто из них не был уверен, что прожигает жизнь действительно красиво. Они постоянно нуждались в экспертной оценке и одобрении, совсем как дети. Встреча с французами (которые, в отличие от них, не были тунеядцами) была для них чем-то вроде экзамена — и французы, разумеется, это знали.

Это что же получается? Я в университете диплом по Гегелю писал, а теперь хожу тут с автоматом, а ты чего то там прочитал в «Науке и религии» и думаешь, что можешь залезть в подвал и в реальности мира сомневаться?

Я вдруг понял, что выпил водку, которой они ждали, может быть, несколько лет, и испугался по-настоящему.

Я выбрала синие тапочки с круглыми помпонами — у них был такой трогательно-беззащитный вид, что обидеть надевшую их девушку мог только изверг.

Я даже была готова поверить, что у меня есть душа — так муторно на ней было.

Я кино недавно смотрела про Елизавету Вторую, — сказала она, — и одну вещь поняла. Знаешь, что делает тебя королевой? Исключительно объем говна, который ты можешь проглотить с царственной улыбкой. Нормальный человек сблюет и повесится, а ты улыбаешься и жрешь, улыбаешься и жрешь. И когда доедаешь до конца, все вокруг уже висят синие и мертвые. А ты их королева…

Я помню, как вызревает эта ярко-красная капля надежды… Кажется, что мы вот-вот что-то поймем, доделаем, рассудим, и тогда начнется другая жизнь, правильная и настоящая. Но этого никогда не происходит, потому что красная капля куда-то все время исчезает, и мы начинаем копить ее заново. А потом она исчезает снова, и так продолжается всю жизнь, пока мы не устанем. И тогда нам остается только лечь на кровать, повернуться к стене и умереть…

Я с детства считал, что отношениям между мужчиной и женщиной не хватает той доверительной и легкомысленной простоты, которая существует между друзьями, решившими вместе принять на грудь. В конце концов, речь точно так же идет о кратком и практически бесследном удовольствии… Как было бы прекрасно. думал я, договариваться с женщиной об акте любви с беззаботной легкостью замышляющих выпивку студентов…

Я шел по улице, мучаясь неясным томлением — хотелось то ли курить, чего я никогда не практиковал, то ли выпить пива, чего я никогда не любил.

Ясно, что Верховный Владыка простит всех без исключения и немедленно направит их в рай. Люди сами превратят его в ад, точно так же, как превратили в него землю.

Виктор Олегович Пелевин

Цитаты, высказывания и афоризмы известных людей принадлежащих к разным эпохам, нациям и религиозным учениям, оставивших свой след в истории человечества.